Впервые он сорвался в Австралии. Фотографу пришлось уносить ноги в страхе за свою шкуру. Потом ещё трижды история повторялась: на гавайском шоссе и два раза в Лондоне. «Говорят, что я избиваю людей», – говорит «рупор» Coldplay Крис Мартин, ухмыляясь, словно школьный хулиган, – «но я ни разу в жизни никого не ударил». И всё же этому убеждённому пацифисту, вегетарианцу и любителю йоги порой закрадывается в голову мысль о том, чтобы раскроить башку назойливому папарацци. «Вот эти хреновы придурки, которые осаждают твой дом», – говорит Мартин, заливаясь краской, – «иногда они способны превратить тебя в настоящего монстра».

Два года назад, когда Coldplay выпустили суперуспешный, урожайный на Грэмми альбом A Rush Of Blood To The Head, Мартин и не подозревал, каким провидческим окажется это название. Тогда он был просто потёртым лидером скороспелой группы, записавшей свой первый хит (неизбежную Yellow) и пытающейся сделать карьеру. Теперь же он стал притягивающей всеобщее внимание суперзвездой во главе главной европейской рок-группы со времён U2. Но даже после того, как Coldplay заработали 23.7 млн. долларов в 2003-м году, в элитных кругах Мартин всё ещё исполнял эпизодические роли. Но потом он вступил в стройные ряды армии поклонников Пэлтроу, наравне с Брэдом Питтом и Бэном Аффлеком, затем стал отцом её ребенка – малышки, которую, как известно всем живущим к западу от Багдада, нарекли Эппл, – и вот тут-то всё и пошло наперекосяк. «Но я вас уверяю», – говорит он, и его взгляд становится колючим, – «я по-прежнему пованиваю как любой нормальный человек». На самом деле, может быть, сейчас Мартин пахнет ещё менее приятно. Вот он раскрывает свой ноутбук, и вас затягивает в галактику компьютерных записок-пометок: отрывочные лириксы, названия песен, замечания и мысли по поводу самого ожидаемого альбома 2005-го года. Но самое впечатляющее – это маленький красный значок в левом углу экрана: КУПИТЬ ПОДГУЗНИКИ!

В мире Фифи Триксибелль и Элайджи Боба Патриция Гугги Кью имя Эппл Блит Элисон – это очень скромно. Но «фруктовое» имя подействовало на прессу, как красная тряпка на быка. «Да пошли они!» – говорит Мартин.

«Какое имя я даю своему ребенку, никого не касается. Когда мы впервые сказали всем, что наша группа называется Coldplay, реакция была такая, словно мы сообщили, что купили дом на Марсе. А я думаю, что это классное имя, так что кому какое дело?» Сейчас Мартин в Нью-Йорке, где он собрал свои ребят – Уилла Чемпиона, Гая Берримена и Джонни Бакленда – на Фабрике Хитов для работы над третьим альбомом. Гвинет частенько прохаживается по студии с Эппл на руках – пока гитары не начинают играть слишком громко. Когда выдаётся свободная минутка, Мартин спешит в город навестить дочку. «Мне жутко повезло в жизни», – говорит он, – «поэтому мне становится так грустно, когда я думаю, что однажды всё это кончится». Смерть – это постоянная тема в разговоре с ним. Даже сейчас, когда его спрашивают о составе участников воображаемого трибьют-альбома («Jay-Z – просто обязательно», – говорит он). Но сейчас Coldplay больше волнует их собственный шедевр. «Это будет нечто», – говорит он, теребя серебряное обручальное кольцо. «Когда у тебя есть ребенок, ты начинаешь понимать, что важно, а что нет», – объясняет он – «поэтому я не стал бы тратить время на что-то, что не было бы в 10 раз лучше прежнего. Когда тебе даётся такой шанс, какой выпал нам, ты просто не имеешь право его профукать».



[перевод: ani]
[дата: 20.10.2004]
[источник: журнал Details] КРИС МАРТИН: РОК-ЗВЕЗДА И МУЖ